Дело о последствиях антиконкурентного соглашения участников торгов

Дело о последствиях антиконкурентного соглашения участников торгов

ВС передал в экономическую коллегию кассационное представление заместителя Генерального прокурора по делу, связанному с ранее установленным антиконкурентным соглашением при участии в торгах.

Прокуратура сослалась на подтверждённый судами факт соглашения и обратилась с иском о применении последствий недействительности, рассматривая его как ничтожную сделку и требуя взыскать полученный доход в бюджет. Суды отказали, указав, что картель не является сделкой и выбранный способ защиты неприменим.

Надзорный орган настаивает на возможности использования публично-правовых механизмов и солидарной ответственности участников. ВС счёл доводы заслуживающими проверки и направил дело на рассмотрение по существу.

Комментарий подготовлен командой антимонопольной практики АБ «Бартолиус».

Ранее подходы прокуратуры пополнить бюджет путем признания картельных соглашений недействительными на основании ст. 169 ГК РФ и взыскания всего полученного в доход государства оканчивались неудачей, однако у нынешнего есть все шансы на успех.

Попытки надзорного органа сформировать необходимую ему практику столкнулись с позицией Судебной коллегии по гражданским делам ВС РФ, которая в определении от 30.07.2024 № 9-КГ24-7-К1 по делу со схожими обстоятельствами пришла к следующим выводам:

— Для применения ст. 169 ГК РФ необходимо совершить сделку. Картельное соглашение сделкой не является, поскольку его цель — не возникновение гражданских прав, а получение конкурентного преимущества на товарном рынке.

— Взыскать в доход государства полученное по сделке можно лишь если это прямо предусмотрено специальным законом. Вопреки аргументам прокуратуры, Закон о защите конкуренции (ст. 51) устанавливает не гражданско-правовые последствия недействительности сделок, а ответственность за неправомерное поведение, то есть не является специальным законом по смыслу ст. 169 ГК.

— Основания для солидарного взыскания отсутствуют. Солидарность обязанности должна быть установлена договором или законом, однако Закон о конкуренции таких положений не содержит.

Стоит отметить также, что ни картельное соглашение, ни заключенные ответчиками на аукционе контракты, разумеется, не являются сделками, совершенными с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности. Обязательный элемент таких сделок — антисоциальная цель. Нарушение стороной сделки закона само по себе не свидетельствует о ее антисоциальности.

Однако судья Т. В. Завьялова, передавшая дело на рассмотрение Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ, вероятно, считает иначе. В частности, в определении о передаче в обоснование антисоциальности картельных соглашений Суд ссылается на … Указ Президента Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. № 618, согласно которому «картели отнесены к наиболее опасной форме недобросовестной конкуренции, поскольку порождают социальную напряженность в обществе, препятствуют добросовестному осуществлению хозяйственной деятельности, а также эффективному развитию отечественной экономики, как одному из важнейших инструментов для реализации социально-нравственных национальных целей».

Также Судом учтены доводы прокуратуры о достаточности статьи 51 Закона о конкуренции для взыскания с ответчиков в доход государства всего полученного по сделкам и об их солидарной ответственности (обоснования таких выводов в определении не раскрыты).

В определении о передаче также отмечено нарушение нижестоящими судами права прокуратуры на изменение предмета иска. Суды отказали в принятии уточненного заявления, содержащего требование о признании недействительными договоров, заключенных в результате картельного сговора. По всей видимости, так прокуратура пыталась обойти позицию СКГД о том, что картельное соглашение не является сделкой.

Таким образом, остается дождаться рассмотрения дела и в очередной раз констатировать изменение вектора судебной практики.

Подпишитесь на канал «Бартолиус | Право и практика» Telegram | МАХ.