Индийский ответ Питеру Джексону: почему эпичная Рамаяна заставит забыть о голливудских

Индийский ответ Питеру Джексону: почему эпичная «Рамаяна» заставит забыть о голливудских блокбастерах

Голливуд уже больше двадцати лет бегает кругами, отчаянно пытаясь найти достойного наследника трилогии о Кольце Всевластия. Студии вливают бюджеты размером с ВВП небольшой европейской страны во всякие там «Eragon (Эрагон)» и прочие «The Golden Compass (Золотой компас)», но магия упорно не дается. И вот, откуда не ждали. Индия. Режиссер Нитеш Тивари (тот самый, что снял спортивную драму «Dangal (Дангал)») и продюсер Намит Малхотра выкатили нечто настолько монструозное в своих амбициях, что где-то в Новой Зеландии сейчас наверняка нервно икает один бородатый режиссер. Встречайте: «Ramayana: Rise of a Legend (Рамаяна: Рождение легенды)» — трехчасовой эпос, который просто сносит крышу.

Слушайте, я шел на этот сеанс с багажом знаний о древнеиндийской мифологии размером с… ну, вы поняли. Ноль. А к финалу титров сидел и думал: где эта история была всю мою жизнь? Сюжет стартует с того, как Равана (Яш) — местный царь Ланки, чье эго не помещается даже в широкоформатный кадр — получает от бога Брахмы чит-код на почти полную неуязвимость. Гордыня у парня взлетает до небес, и он начинает угрожать всему небесному порядку. Чтобы как-то уравновесить этот беспредел, бог Вишну решает спуститься на землю в виде принца Рамы (Ранбир Капур). Знаете Ранбира? Тот самый парень из легендарной династии Капуров, который в юности славился репутацией главного плейбоя Болливуда, а теперь выдает такую концентрированную благочестивую драму, что хоть иконы пиши.

Рама вырастает, становится благородным воином, выигрывает руку принцессы Ситы (Саи Паллави), и вроде бы все отлично. Хэппи-энд? Щаз. В дело вступает мачеха Рамы, Кайкейи (Лара Датта), которая решает, что трон нужнее ее родному сыну. Раму отправляют в изгнание в лес на четырнадцать лет. Четырнадцать! Это дольше, чем тянется ремонт у вашего соседа сверху. С ним уходят верная Сита и преданный брат Лакшман (Рави Дубей). А в лесу они натыкаются на сестру Раваны (Ракул Прит Сингх), слово за слово, и запускается цепь событий, ведущая к эпичному махачу.

Первые два акта раскачиваются неспешно. Да, любовная линия, взросление — все это мило, но местами не хватает того первобытного драйва, которым бьет по голове пролог. Но потом наступает финальная треть. И тут фильм просто срывает с цепи. Забудьте законы физики. Забудьте гравитацию. Огромные армии демонов, магические стрелы, ломающие пространство. А сцена, где гигантский божественный стервятник Джатаю (озвученный легендарным Анупамом Кхером) нападает на летающую колесницу Раваны… Это чистый, незамутненный кинематографический экстаз. Да, графику рисовали DNEG, и местами пиксели лезут в глаза. Но камон! Вспомните пещерного тролля из «The Lord of the Rings: The Fellowship of the Ring (Властелин колец: Братство кольца)» — он тоже сейчас выглядит как мыльная картошка, но мы же не перестали любить шедевр?

А теперь представьте, что все это визуальное безумие звучит под саундтрек Ханса Циммера и А. Р. Рахмана. Да, они объединились. Это как если бы Бетховен решил записать... https://kinone.ru/indijskij-otvet-piteru-dzheksonu-pochemu-epichnaya-ramayana-zastavit-zabyt-o-gollivudskih-blokbasterah/