Таллинские ночи, украинские дни и кино, которое бьет под дых сильнее счетов за коммуналку

Таллинские ночи, украинские дни и кино, которое бьет под дых сильнее счетов за коммуналку

Слушайте, если вы думали, что тридцать лет — это возраст, когда фестиваль начинает обрастать академическим жирком, покупать себе кресло-качалку и ворчать на молодежь, то Таллинский кинофестиваль «Темные ночи» (он же PÖFF) спешит вас разочаровать. Они бодры, злы (в хорошем смысле) и абсолютно бескомпромиссны. С 2022 года этот балтийский киногигант держит глухую оборону солидарности с Украиной. И, знаете, это не просто дежурные хлопки по плечу на красной дорожке. Это полноценная, железобетонная позиция.

Тийна Локк, бессменная железная леди фестиваля, еще пару лет назад рубанула правду-матку: помогать надо не только индустрии, но и людям. И вот, на свой тридцатый юбилей, PÖFF снова выкатывает программу Standing With Ukraine. «Они сражаются не только за себя, но и за всю Европу», — говорит Тийна, и в ее голосе столько стали, что хватило бы на пару артхаусных инсталляций. Марге Лииске и Триин Трамберг (новое художественное руководство, прошу любить и жаловать) ей вторят: кино должно быть там, где болит. А болит сейчас сильно.

Давайте-ка пробежимся по тому, что они нам приготовили. Девять фильмов. Девять историй, от которых ваш внутренний циник нервно закурит в сторонке.
Музыка, физика и немного Брюса Спрингстина
«Slava: Shooting With Music (Слава: Снимая с музыкой)»

Мировая премьера. Документалка про Святослава Вакарчука. Да-да, того самого фронтмена «Океана Эльзы». Знаете ли вы, что у этого парня, которого тут сравнивают с Полом Маккартни, вообще-то есть степень кандидата физико-математических наук? Суперсимметрия, квантовая механика… а он собирает стадионы. Фильм о том, как после двухсот концертов на передовой он поехал в мировой тур, чтобы поддержать беженцев. И да, Coldplay там тоже мелькают. Культурный код, который пытаются стереть, звучит только громче.
Тихий бунт в рясе
«Vesna (Весна)»

Литовско-украинский режиссер Ростислав Кирпиченко снял драму, от которой стынет кровь. Оккупированный город. Хоронишь мертвых — сам становишься мишенью. Церковь превращена в морг. Но молодой священник начинает свой тихий, смертельно опасный саботаж, тайно возвращая тела семьям. И все это — на глазах у одиннадцатилетнего пацана. Это вам не голливудские блокбастеры, где герой в трико раскидывает злодеев. Это подлинная, удушающая аутентичность выживания. Как ремонт у соседей, только вместо перфоратора — реальный экзистенциальный ужас.
Любовь во время… всего
«I Rarely Wake up Dreaming (Я редко просыпаюсь от снов)»

Изабель Штевер привезла кино, которое уже успело наделать шума в Локарно. Представьте: квир-пара в Украине. Война стучится в дверь ровно в тот момент, когда один из партнеров проходит гендерный переход. Переход, который, по иронии судьбы, позволяет им официально пожениться, но одновременно вытаскивает на свет божий такие кризисы идентичности, что Фрейд бы заплакал от зависти. Оля и Олег пытаются сохранить себя, когда мир вокруг рушится. Спойлер: это чертовски сложно.
Двенадцать лет на линии огня
«To Die to Live (Умереть, чтобы жить)»

Юлия Гонтарук совершила режиссерский подвиг — она снимала своих героев 12 лет. Трое мужчин. В 2014-м — добровольцы без опыта. Потом — попытка... https://kinone.ru/tallinskie-nochi-ukrainskie-dni-i-kino-kotoroe-bet-pod-dyh-silnee-schetov-za-kommunalku/