Джейкоб Элорди спасается от экзистенциального краха с помощью водки и старого голливудского шедевра

Джейкоб Элорди спасается от экзистенциального краха с помощью водки и старого голливудского шедевра

Казалось бы, о чем печалиться австралийскому Адонису ростом почти в два метра? Джейкоб Элорди, который еще вчера буквально ночевал в своей машине перед пробами в «Euphoria (Эйфория)», а затем отбывал сахарную повинность в трилогии «The Kissing Booth (Будка поцелуев)», сегодня купается в лучах славы и носит смокинги с грацией молодого Марлона Брандо. Живи, улыбайся камерам и считай гонорары. Но нет! Внутри этого баловня судьбы, оказывается, бушует натуральный Достоевский.

На днях в кинотеатре Aero в Санта-Монике под эгидой Cartier Cinema Club статный австралиец выдал исповедь, больше похожую на дружеский крик души в четыре утра на кухне. Компанию ему составили свежеиспеченный триумфатор Канн Шон Бэйкер и сценаристка Ким Морган (да-да, соавтор «Nightmare Alley (Аллея кошмаров)» и по совместительству супруга Гильермо дель Торо). Так вот, Элорди на полном серьезе признался: долгое время он искренне считал, что сходит с ума. Буквально протекает крышей. Пока судьба не подсунула ему спасительный круг в виде классики независимого кино.

«По молодости я снялся в трех картинах, которые сам считаю полным провалом, — разоткровенничался актер. — А ведь я грезил театром, мечтал быть яростным, мощным артистом. В общем, я себя искренне презирал. И тут я натыкаюсь на этот фильм… Впервые на моих глазах процесс актерского поиска был препарирован так откровенно. Кино заставило меня почувствовать, что я не одинок и вовсе не сумасшедший».

Картиной-терапевтом оказалась великая драма 1977 года «Opening Night (Премьера)» Джона Кассаветиса. Там непревзойденная Джина Роулендс играет стареющую театральную примадонну, которая медленно, красиво и со вкусом летит в бездну нервного срыва аккурат перед бродвейским открытием. Элорди узнал в ее метаниях себя: ту самую точку кипения, когда грань между ролью и психозом стирается в порошок.

Звезда грядущего «Frankenstein (Франкенштейн)» признался, что пересмотрел шедевр буквально на прошлой неделе — для калибровки внутреннего компаса перед новым проектом. Речь, судя по всему, о секретной ленте «Scapegoat (Козел отпущения)» Ари Астера, где австралийцу предстоит делить кадр со Скарлетт Йоханссон и Джудом Лоу. А у Астера, как известно, на съемочной площадке весело не бывает никому.

«Я прямо сейчас готовлюсь к съемкам, валяюсь по полу в гостиной и всерьез думаю: может, мне просто напиться водки? Или высадить окно плечом? Что вообще нужно сделать, чтобы нащупать нерв? — с обезоруживающей честностью рубил правду-матку Элорди. — Иногда поиск персонажа начинается где-то в пальцах ног, бьет по коленям и оседает в груди. Ты хочешь кататься по паркету, рыдать, материть режиссера и глушить спиртное литрами. Кассаветис напоминает: этот ад — нормальная часть ремесла, а не клинический диагноз».

Отдельный восторг у Джейкоба вызывает актерская магия самой Джины Роулендс. Любой неофит на ее месте скатился бы в вульгарный наигрыш сельской самодеятельности — попробуйте сыграть глубоко пьющую женщину на грани истерики и не превратиться в мем. А у Роулендс каждый истерический взмах руки сочится пугающей органикой. «Я понятия не... https://kinone.ru/dzhejkob-elordi-spasaetsya-ot-ekzistenczialnogo-kraha-s-pomoshhyu-vodki-i-starogo-gollivudskogo-shedevra/